Моя дочь спросила у меня: «Может ли “Израиль” уничтожить наш дом, если у нас отключили свет?»

Моя дочь спросила у меня: «Может ли “Израиль” уничтожить наш дом, если у нас отключили свет?»

ТАЛЬ АЛЬ-ХАВА, Сектор Газа. В ночь с понедельника на вторник мы с женой и шестью детьми забились в гостиной – в той части нашей квартиры, куда с наименьшей вероятностью залетят шальные «израильские» ракеты или осколки вызванных ими разрушений.

Мы смотрели прямую трансляцию телеканала «Аль-Джазира» о готовящемся уничтожении «израильской» авиацией одного из крупнейших зданий Газы – «Аль-Джавхара» (Жемчужина), когда в доме вдруг отключилось электричество.

Восьмилетняя (или, по календарю Газы, двухвойная, увидевшая в свои годы уже две войны) Лина застенчиво спросила, могут ли «они» уничтожить наше здание даже теперь, когда отключили свет.

На следующий день, в среду, у Амаль день рождения. В последние пару лет она обыкновенно проводила полгода в ожидании и планировании своего следующего дня рождения, а затем полгода в воспоминаниях о празднике. Амаль тише и спокойнее своей сестры Лины и до сих пор немного наивна по отношению к окружающему миру. И пусть бы она была еще наивней.

Проснувшись в среду, Амаль не стала требовать праздничного торта или зажженных по случаю дня рождения свечей. Она знала, что что-то не так, и чувствовала страх в доме. Она слышала, как вокруг то и дело раздаются взрывы.

Моя жена Нусайба настаивала на том, чтобы праздник все равно состоялся: «Это должен быть день надежды». Конечно, десятки семей в Газе за последние несколько дней потеряли свои дома, и десятки людей погибли. Сейчас не время для праздников и тортов. «Но мы ведь не можем сдаться перед “Израилем”», - возразила Нусайба.

Я выскользнул из дома, специально не надев защитную маску против ковида, чтобы «израильские» беспилотники не приняли меня за прячущуюся мишень. Я купил Амаль ее любимые угощения: иорданский миндаль и шоколадное печенье. Когда я вернулся, мы тихо спели «Сенна Хельва» («С днем рожденья») – без обычного нашего раскатистого веселья. Амаль нерешительно улыбнулась. Я посмотрел на нее и пообещал сводить за самым большим тортом, когда «все это» закончится.

В прошлый понедельник, когда налеты и бомбардировки застали меня врасплох, я, вопреки обыкновению, не стал рассказывать детям сказку на ночь. Больше эту ошибку я повторять не намерен.

Из-за взрывов я теперь вношу в сказки некоторые изменения. Так, в оригинальной версии сказки, которую я придумал для детей, двое котят умирают, потому что хозяин про них забыл. Теперь я говорю, что котята живут у маленькой девочки по имени Амоль, что они заболели, но выздоравливают, потому что Амоль добра и заботлива.

В Газе принято, что когда родители заканчивают рассказывать сказку, то за ней следует небольшой рифмованный припев: «Тута тута, кхаласат эль хадута. Хильва валла мальтута? » («Сказке конец. Понравилась она или нет?») Дети обычно кричат в ответ: «Мальтута!» - то есть «нет», а значит, нужно рассказать еще одну.

Во вторник, когда я задал этот вопрос, Лина и Амаль нервно в один голос ответили: «Хильва». Понравилась. Больше не надо.

Большинство жителей Газы, которых я знаю, почти не отдыхали с начала той недели. Как написал в «Твиттере» мой друг Хасан Арафат: «Мы не спим; мы просто падаем в обморок от усталости». Здесь у нас нет высокотехнологичных систем предупреждения, которые информировали бы нас о приближающихся ракетах и о необходимости спрятаться в укрытии. Нам приходится учиться распознавать логику в беспорядочных ударах «Израиля». Быть хорошим родителем в Газе значит понимать, что будут делать дальше «израильские» беспилотники и F-16.

В среду вечером, после двух часов непрерывной бомбежки и града «израильских» ракет по всему Сектору - некоторые упали всего в нескольких сотнях метров от нашего здания – нам, наконец, удалось немного поспать. Взрывы ракет сотрясают всю окрестность в течение нескольких секунд. Затем вы слышите крики. Громкие голоса. Еще крики. На улицу выходят целые семьи. Все наши дети сидели в постели, тряслись, молчали...

Затем наступает невыносимая нерешительность: меня разрывает между желанием вывести семью на улицу, несмотря на ракеты, шрапнель и падающие обломки, и желанием остаться дома, как готовая мишень для американских самолетов, пилотируемых «Израилем». Мы остались дома. «Ну хоть умрем вместе», - подумал я.

Оглушительные удары уничтожают инфраструктуру Газы, разбивают дороги, ведущие к больницам, отрезают людей от воды, от интернета. Многие мишени, по которым ведет огонь «Израиль», не имеют стратегического значения. «Израиль» знает это и знает, в какую тревогу нас это вгоняет. Интересно, что делают в своих штабах офицеры: тянут жребий, чтобы решить, какой квартал уничтожить? Бросают кости?

В среду был последний день Рамадана. Священный месяц поста заканчивается праздником Идд аль-Фитр, который считается вторым по значимости праздником в Исламе. Дети обыкновенно надевают новую одежду и получают в подарок от родных деньги и игрушки. Мусульмане в Палестине навещают родственников и вместе обедают. Но не в этот раз.

К утру четверга сообщалось о гибели 69 человек в результате «израильских» авиаударов по Газе – в том числе командиров ХАМАС и 17 детей. По меньшей мере семь "израильтян", в том числе один ребенок, погибли на тот момент от сотен ракет, выпущенных ХАМАС.

В 2014 году, во время последней войны, «Израиль» убил моего брата Хамаду; "сион" разрушил мою квартиру, когда пустил ракету в семейный дом, где проживало 40 человек. Он убил дедушку моей жены, ее брата, сестру и троих племянников. Мы еще не преодолели ту травму. Мы не закончили восстанавливать дома, разрушенные тогда «Израилем».

Мы с Нусайбой совершенно обычная палестинская пара – мы потеряли более 30 родственников.

В эти дни, когда мы лежим в темноте по ночам, я боюсь худшего - и боюсь лучшего. Если мы выйдем из всего этого живыми, что будет с душевным здоровьем моих детей, живущих в постоянном страхе перед следующей агрессией, в последующие годы?

Во вторник Лина вновь задала свой вопрос, на который мы с женой не ответили в первый раз: могут ли "они" уничтожить наш дом, если нет света? Я хотел сказать: «Да, маленькая Лина, “Израиль” все еще может уничтожить и красивый дом “Аль-Джавхара”, и любой из наших домов, даже в темноте. В каждом из наших домов полно сказок и историй, которые нужно рассказать. Наши дома раздражают “израильскую” военную машину. Она не может вынести их существования. Питаемый американскими налогами и подкрепляемый международным иммунитетом, “Израиль”, вероятно, будет продолжать уничтожать наши дома, пока ничего не останется».

Но я не могу сказать ничего из этого Лине. Поэтому я лгу: «Нет, милая. Они не видят нас в темноте».

 

Рефаат Алярир

 

Источник

Последние новости
В Минтруде считают, что, во исполнение решения Конституционного суда и поручения от зампреда…
«Это победа иранского руководства и дипломатии», – сказал газете ВЗГЛЯД политолог-международник Андрей Кортунов,…
Главарь штаба оккупационной армии Кохави  заявил, что карательная операция против  города Дженин  - …