Смерть – "дело житейское": три дня из жизни Донецка

Смерть – "дело житейское": три дня из жизни Донецка

"Россия здесь всегда". Именно такой плакат встречаешь на въезде в самый русский город пока еще не России – Донецк.

На улице +30 в тени, но не погода здесь главная новость – Донецк расстреливали без остановки. В тот день погибла маленький ангелочек – Катя Кутубаева, которой оставались считанные дни до отъезда в питерское балетное училище. Трагедия, которая пробивает жутью даже в городе, где война и смерть стали обыденным "житейским делом", а люди научились выживать под постоянными обстрелами и без воды лишь благодаря взаимопомощи и вере в Россию и ее победу. Вере, которую не сломить обстрелами, лишь бы не ударили в спину.

Только добравшись в город, услышал про удар на похоронах, а доехав до офиса "Феникса", чтобы приобрести местную сим-карту, узнал про убийство бабушки и внучки, которое произошло менее чем за час до моего появления. Впрочем, о самом убийстве узнаю от прохожих, сотрудники МЧС и "Скорой" там такие же боевые единицы, как и солдаты – о трагедии напоминают лишь забитые окна отеля и осколки на плитке.

Офис "Феникса", понятное дело, не работает. Прохожие подсказывают прогуляться до "Главпочтампа". Почтальоны продолжают работать, как ни в чем не бывало. Так же как и прохожие продолжают спешить по своим делам. Как говорил Карлсон из мультика: "Дело житейское".

Откуда такое отношение начинаешь понимать, когда наконец добираешься к друзьям до "Площади бакинских комиссаров" в Куйбышевском районе. Том самом, куда снаряды попадают каждый день. И где смерть действительно "дело житейское", к которому относятся, как к грозе в Москве. Неприятно, немного страшновато, но ничего не выходящего из рамок обычного. "Обычная жизнь" на войне.

Описать, насколько Донецк погружен в войну нереально – это надо почувствовать. И не из окна дорого отеля за 8,5 тысяч в день. Этот город сейчас вообще идеален для творцов. Тех кто хочет создать не очередное мыло про "богатый мажор и хуторянка из Хачапетовки", а что-то вечное, должен почувствовать его дыхание из стандартной двушки в Куйбышевском, Петровском, Кировском районах.

Война там везде, на бытовом уровне, даже в семейных ссорах. По пути к знакомым, проходя через дворы, слышишь крики. Из подъезда выбегает мужик годков тридцати, таща в руках броник, а за ним любимая в слезах и с криком: "Шоб ты сдох, зараза". Тот пытается ответить, заикается и продолжает убегать к ожидающей машине. Девушка останавливается, ревет и крестит в дорогу…

"Обычная история" – раненый и контуженный боец, муж, отец "сбежал" обратно к своим на фронт. Фронт, который надо отодвигать, чтобы жена и дети больше не слышали прилетов. Для него все просто и понятно, для жены тоже, но страшно остаться без кормильца. На следующий день рядом с их домом прилет в роддом 17-й больницы, люди бегут помогать и спасать. Вот семенит дедушка лет за 70, за ним безнадежно отстающая старушка, которая кричит вслед: "Саша не срезай через кусты, еще "лепесток" найдешь". Кричит с той же интонацией, как если бы "Саша" забыл одеть свою кепочку.

А что делать? Как иначе выжить, если не "всем миром"? Впрочем, главной темой того дня стала гибель местной любимицы – маленькой балерины Кати Кутубаевой. Той самой девочки, которая погибла на бульваре Пушкина, рядом с тем самым салоном "Феникса", куда я попал через час после приезда. Оказывается она жила в соседнем доме, где разместился и я. Там же стоит дед - вся округа переживает, как бы и он не наложил на себя руки, решив пойти вслед за женой и внучкой.

Трагедия жуткая даже для Донецка. Жуткая своей какой-то запредельной мистикой и несправедливостью. Катюша занималась балетом и должна была 25 августа ехать учиться в Санкт-Петербург, в Академию Русского балета имени Вагановой. Часть девочек уехало, а Катя с бабушкой решили переждать обстрелы в одном из мирных сел ЛНР. Но вот настал август, они вернулись и юный талант пошла на занятие к известному донецкому хореографу Галине Васильевне Володиной. Галина Васильевна, хотя и не занималась маленькими, сделала для одаренной девочки исключение. А по окончанию проводила Катю на улицу, где ее шла встречать бабушка. И в этот момент прилетел украинский снаряд, лишив город кусочка небесной чистоты - своей будущей звездочки "Большого" или Мариинки.

Дедушка ждал в машине и видел, как на куски разорвало его жену, с которой прожил всю жизнь. Как оторвало ноги любимой внучке, для которой не жалел ничего и она умерла от потери крови. Как это пережить и не сойти с ума.

"Скажи, ты из России, как после такого с ними можно договариваться, о чем вообще с тварями можно говорить", - спросила меня соседка Кати. Что ей можно было сказать? У переговорщиков дети и внуки живы, им проще. Да и ответить не успел, "собрание" закончил еще один свист снаряда, который прошел над головами. В этот раз угодило в частный сектор. Вновь с мигалками пролетели "Пожарка" и "Скорая". Люди переключились с одной беды на другую, уже рассказывая, как прилетало к ним и соседям в дома и дворы.

Вообще, чем Донецк подкупает больше всего – это простотой людей. Там, где смерть рядом, нет смысла что-то из себя строить, ты видишь людей такими, какие они есть на самом деле. Рядом с ними и сам перестаешь обращать внимание на постоянный грохот, тем более, что они тебя заботливо "забросят" в подъезд, как только услышат свист приближающегося снаряда. Вот только с водой беда – горячей там уже давно не видели, а холодная раз в три дня. Впрочем, если учесть, что на улице пекло, то даже мытье из тазика в конце дня – райское наслаждение.

Притом понятное дело – друзья и Донецк для тебя совсем не чужой город, но даже если ты там в первый раз, друзей найти вообще без проблем. Просто зайти в первый попавшийся магазин или кафе и вот дядя Саша из "Банано" расскажет, что Донецк всегда был русским городом и таковым останется, а русским – если они хотят, чтобы их уважали в мире, надо начать уважать себя, а не думать, как угодить Европам и Штатам. И если ты не пытаешься строить из себя "господина из Большой России", то тебе дадут позвонить, покормят, поселят, потребовав забыть о гостинице, предложат разделить нехитрый ужин и такой же быт.

Отдельно стоит сказать, что Донецк – это не просто самый многострадальный, но и самый верящий в Россию и Путина город. В разговоре во дворе, с таксистом, в кафе или бойцом народной милиции, так или иначе, зацепится Россия и Путин. И в отличие от Екатеринбурга, там он имеет если не 100%, то 90% поддержку точно. Вам могут костерить Пушилина на чем свет стоит, весь город проклинает Зеленского, но Путину, а с ним и России верят. Иногда вопреки здравому смыслу.

Если хотите услышать тысячу конспирологических версий, почему Путин не ввел войска в 2014 году, почему не взял Киев, и мы еще не победили – добро пожаловать вечером к любому донецкому магазину – мужики вам быстро объяснят. Притом в 50 вариантах. Рядом с донецкими "экспертами" Соловьев нервно курит в стороне. Разве что только в 60 минут данная передача не влезет.

Разбивать эту веру рассказами про нашу 5-ю колону не хочется. Путин ведь для них не просто президент и тем более наемный манагер, а Государь земли Русской, который начал собирать свой народ после Смутного времени. А значит, надо немного потерпеть и Родина снова засияет. Правда "немного потерпеть" затянулось, но вера пока крепка. И самое глупое, что может совершить российская власть – это начать данную веру рушить, начав заигрывание с Западом, возвращать "запутавшихся патриотов" и тем более отказаться принимать домой тех, кто ей верит. В общем, сделав их жертву напрасной. Глупо, потому что там, где у них бешеная поддержка сейчас, потом будет такая же ненависть, ибо предатель всегда бьет сильней, чем враг.

Помимо Путина, часто вспоминают добрым словом дончане и своего Батю – Захарченко. Да, он не был идеален, но он был свой до мозга костей, ходил и наказывал торгашей за накрутку цен, воевал, делил радости и невзгоды с людьми. За это ему многое прощалось и его любили. Нынешнее руководство подобным похвастаться не может, в большинстве случаев их рассматривают, как временщиков перед возвратом в Россию.

Именно под эти разговоры и грохот новых прилетов я покидал этот удивительный город с удивительными людьми, которым выпала судьба жить на передовой. Город, где смерть вынуждает открывать души и учит помогать ближнему.

Впереди же был практически обычный провинциальный российский город Луганск. Впрочем, "обычный" здесь надо взять в скобки, так как мужчины там ушли воевать, а сама столица ЛНР намного более русская, чем город в любом регионе России.

О том, что они и есть Россия, здесь напоминает все, от футболок с российскими флагами на девушках, до рисунков на стенах детских садов.

Хочется надеяться, что уже скоро от рисунков там перейдут к делу и люди наконец-то вернутся домой, объясняя каждому, ради чего нужно было это СВО.

 

Руслан Ляпин

 

Источник

Последние новости
Похоже, руководство Госдумы нашло новый способ работы с законопроектами.…
Обиженная на заслуженный отказ в награждении орденом "За заслуги перед Отечеством" и занесением…
...Деятельность "Сохнута" на территории РФ была признана нелегитимной…