ФБР всегда считало политическое инакомыслие терроризмом

ФБР всегда считало политическое инакомыслие терроризмом

Хотя терроризм в США относительно редок, за последнее десятилетие большая часть политического насилия совершалась ультраправыми экстремистами.

Но несмотря на этот факт, ФБР непропорционально большие ресурсы выделяет на слежку за ненасильственными гражданскими организациями и протестными движениями, особенно левыми, оправдывая защитой национальной безопасности преследование множества людей, которые не представляют угрозы, но выступают против политики и практики правительства.

ФБР следит за негритянскими активистами, мусульманами, защитниками палестинцев и иммигрантов, пацифистами, экологами, участниками уличных протестов и сторонниками нормализации отношений с Кубой и Ираном. И это только та слежка, о которой мы узнали из отчёта правозащитной организации Защита прав и инакомыслия. В отчёте описаны известные нарушения ФБР права на свободу слова и политическая слежка в период с 2010 года. Однако, данные, на которых основывается этот отчёт, сильно отредактированы, так что мы можем лишь узнать о наличии таких кампаний как «Расовый документ» или «Железный кулак», без описания их деталей. Но в преследовании политического инакомыслия нет ничего нового для ФБР. На самом деле, жестокое подавление политически активных иммигрантов, которых оно считало террористами - одна из первых кампаний ФБР.

На вторую годовщину Русской большевистской революции агенты правоохранительных органов по указанию Бюро расследований Министерства юстиции США (предшественника ФБР) устроили облаву в Русском народном доме в Нью-Йорке, где собирались на занятия иммигранты, избили и арестовали всех, кого там нашли. В последующие месяцы местная и федеральная полиция крупных городов США арестовала несколько тысяч мужчин и женщин, в основном иммигрантов, которых обвинили в подрывной деятельности и коммунизме. Эти набеги последовали за политическими расследованиями иммигрантских ассоциаций, профсоюзов, левых и анархистских организаций.

По имени генерального прокурора Александера Митчелла Палмера они стали называться Рейдами Палмера и открыли эру, которая поставила под сомнение приверженность конституционным гражданским свободам. Спустя сто лет ФБР продолжает преследовать политическое инакомыслие в условиях обширных полномочий, слабого надзора и почти без прозрачности. ФБР продолжает приравнивать инакомыслие к терроризму, сильнее всего нападая на левые идеологии. Подобно старому бюро Палмера, нынешнее ФБР использует свою сеть слежки за гражданскими и правозащитными организациями, а также за расовыми и религиозными меньшинствами. «Известно, что существует постоянная модель мониторинга деятельности гражданского общества», - говорится в этом отчёте. - «ФБР постоянно наблюдает за организациями, которые борются за мир, расовую, экологическую и экономическую справедливость. Это согласуется с десятилетней практикой нарушений ФБР Первой поправки, и указывает на глубоко укоренившуюся политическую предвзятость».

В ответ на этот отчёт пресс-секретарь ФБР написал в заявлении в адрес Intercept, что деятельность ФБР «должна соответствовать Конституции и осуществляться в соответствии с федеральными законами», следственная деятельность ФБР «не может основываться исключительно на правах, гарантированных Первой поправкой», и его методы «подлежат надзору на нескольких уровнях». На веб-сайте ФБР Рейды Палмера называются «определённо не ярким пятном для молодого бюро», но они позволили ему «получить ценный опыт в расследовании терроризма и разведывательной работе, и извлечь важные уроки о необходимости защиты гражданских свобод и конституционных прав». На самом деле, нарушения ФБР гражданских свобод и конституционных прав продолжались во все периоды истории бюро, особенно во время движения за гражданские права и после 11 сентября. В отчёте Защиты прав и инакомыслия отмечается, что стремление ФБР к подавлению политического инакомыслия осталось неизменным. «Что изменилось за 100 лет после Рейдов Палмера?» - задаётся вопросом этот отчёт.

От Рейдов Палмера до 11 сентября

Рейды Палмера начались 7 ноября 1919 года из-за паники правительства США по поводу распространения большевизма и анархизма в зарождающемся рабочем движении страны, а также после серии взрывов, включая взрыв собственного дома Палмера. Чтобы отомстить за это, полицейские с дубинками и без ордеров ворвались в квартиры и офисы восточноевропейских и итальянских иммигрантов, арестовав всех за «левые и подрывные действия». За несколько месяцев в десятках городов были арестованы 10 тыс. человек, несколько тысяч депортированы. Хотя многие указы о депортации были признаны неправомочными, более 500 человек были депортированы без возможности возвращения. Во время этих облав были схвачены сотни американцев, никак не связанных с политическими движениями, и не нашли ни одного человека, которого можно было бы обвинить в подготовке взрывов, которыми оправдывали эти аресты. Эти злоупотребления привели к первым официальным попыткам проверить полномочия Бюро расследований, которое было создано в 1908 году, несмотря на оппозицию Конгресса. В то время законодатели боялись, что бюро станет «тайной полицией», которая будет следить за американцами и нарушать гражданские свободы, но президент Теодор Рузвельт всё равно объявил о создании этого бюро. Рейды Палмера подтвердили страхи законодателей.

«Это было первое настоящее пробуждение осознания гражданских свобод в стране», - сказал автор книги о Рейдах Палмера Кристофер Финан. - «Потому что, хотя Первая поправка существовала более 100 лет, и мы философски придерживались свободы слова, в реальности она не была защищена. Действительно, не было никакой защиты, когда началась Красная Паника». Хотя Американский союз защиты гражданских свобод, созданный через несколько месяцев после Рейдов Палмера, выиграл несколько судебных процессов, законодательные попытки ограничить полномочия ФБР провалились. Через несколько десятилетий один из организаторов Рейдов Палмера Эдгар Гувер возглавил одну из самых скандальных политических операций ФБР под названием COINTELPRO. Операции ФБР по внедрению, дискредитации и саботажу антивоенных и правозащитных движений в 1960-х закончились сенатским расследованием и требованием реформ, которые защитили бы Первую поправку от правительства. «К сожалению, после 11 сентября эта защита была отменена, и поэтому все наши злоупотребления были предсказуемыми», - сказал бывший агент ФБР Майк Герман. - «Правительство, сосредоточенное на угрозах национальной безопасности, легко может рассматривать любую угрозу своей власти как угрозу безопасности».

От движения Чёрные жизни имеют значения до призывов отменить иммиграционную полицию

За несколько лет после 11 сентября правозащитные организации несколько раз выступали против нападений ФБР на американских мусульман. Общественное возмущение привело к расследованию Министерства юстиции, которое подтвердило, что ФБР нарушает правила, но не подтвердило политическую предвзятость. В отчёте Защиты прав и инакомыслия отмечается, что всего через несколько дней после опубликования доклада 2010 года о злоупотреблениях ФБР в эпоху Буша, ФБР устроило облаву в здании миннеаполисского Антивоенного комитета и в домах пацифистов по всему Среднему Западу. Эти облавы прошли после нескольких лет слежки, которая не обнаружила у активистов планов насильственных действий, поэтому провокаторы из ФБР начали их составлять самостоятельно. Через год ФБР, оправдываясь борьбой с терроризмом, уже следило за движением Occupy, как только его активисты начали протесты в Нью-Йорке. ФБР также сотрудничало с компанией Walmart, когда её руководство заявило, что активисты Occupy могут присоединиться к протестам за улучшение условий труда в магазинах. Совсем недавно ФБР установило слежку за движением Abolish ICE, которое выступает за отмену иммиграционной полиции. В частности, ФБР оказало давление на одного активиста, чтобы он раскрыл информацию о других протестующих, но тот отказался и вынужден был сбежать из США.

Шпионы ФБР постоянно следили за протестами 2016 года в Стэндинг Рок против нефтепровода Dakota Access, где активиста Красного Оленя Фаллиса обвинили в стрельбе из пистолета в сопровождении длительных сроков тюремного заключения. ФБР следило и за другими экологическими организациями, включая Бригаду битуминозных песков, Кампанию освобождения от ископаемого топлива, Восходящий поток и группами, выступавшими против нефтепровода Keystone. В течение последнего десятилетия ФБР продолжало преследовать американских мусульман, пытаясь заставить их доносить на своих соседей, а также читая электронные письма видных американо-мусульманских лидеров. В 2011 году ФБР возглавило создание весьма сомнительной Целевой группы по противодействию насильственному экстремизму, которую правозащитники назвали программой, которая использует социальных работников, учителей и общественных лидеров в слежке за согражданами. ФБР также следит за активистами, выступающими за права палестинцев, и допрашивает студентов о поддержке Палестины в их университетах.

ФБР также следило за активистами в Фергюсоне (Миссури) и Балтиморе, которые протестовали против полицейского насилия. ФБР заявило, что Исламское Государство призывает этих активистов вступать в их организацию. В 2017 году утекшие секретные документы показали, что ФБР придумало несуществующую идеологию «Экстремизм чёрной идентичности», которая, по его заявлению, родилась «в ответ на предполагаемый расизм и несправедливость в американском обществе». Как писала Intercept, единственное успешное судебное преследование активистов, которых ФБР обвинило в распространении этой идеологии, были протестующие в Фергюсоне. Провокаторы ФБР завербовали двоих молодых парней, чтобы те взорвали предоставленную агентами ФБР бомбу в указанном месте. В отчёте Защиты прав и инакомыслия отмечается, что такие спецоперации с использованием шпионов и провокаторов стали главным направлением работы ФБР, потому что суды «не признают, что их действия являются провокациями». «ФБР приняло ошибочную теорию радикализации, согласно которой проблема в идеях, а не в насилии», - пишет автор книги о деятельности ФБР после 11 сентября. - «А также они приняли очень агрессивную практику, которая нацелена на людей, которые не участвуют в насилии и незаконных действиях, но у которых есть неблагонадёжные мысли, затем организуют их для совершения насильственных действий и предоставляют оружие, чтобы арестовать их».

Ни устава, ни надзора, ни прозрачности

До сих пор у ФБР нет устава, чётко определяющего его полномочия и рамки. Юрисдикции ФБР устанавливаются исполнительной властью в форме руководящих указаний генерального прокурора. Эти руководящие указания, которые технически могут изменяться Министерством юстиции, неоднократно смягчались на протяжении всей истории. Сейчас, по указанию 2008 года генерального прокурора Майкла Мукасея, ФБР может проводить «предполагаемые расследования», основанные на фактических доказательствах преступлений или угроз национальной безопасности, или давать «оценки», для которых не нужны фактические доказательства. Стандарты этих оценок чрезвычайно низки. ФБР разрешено проводить все виды расследований с использованием физической слежки, стукачей, провоцирующих допросов, в которых агенты могут лгать о целях допроса или скрывать место своей службы.

Также злоупотребления возникают в работе ФБР с сетью из 175 Совместных целевых групп по терроризму, которые связаны с сотнями местных и федеральных правоохранительных учреждений. Эти группы управляются ФБР в условиях ослабления защиты свободы слова, частной жизни и гражданских свобод, в сравнении с обычной полицией, и поэтому являются ключевым инструментом в преследовании диссидентов. «Думаю, многие из нас уже привыкли к правительственной слежке», - сказал политический директор Чёрного альянса за справедливое отношение к иммигрантам в Миннеаполисе Мустафа Джумале. - «ФБР преследовало сомалийцев ещё когда я учился в колледже. Когда я был студентом, они просто приходили в нашу студенческую организацию, вытаскивали людей из аудиторий, и всё такое».

Джумале сказал, что некоторые активисты, особенно не имеющие гражданства, сократили свою деятельность, боясь слежки, работая конспиративно, и не участвуя в протестах и публичных мероприятиях. А другие считают, что слежка не может запугать движение за социальную справедливость, которое стало сейчас чрезвычайно актуальным. «Сегодня активисты хорошо знают о COINTELRPO и прошлых видах слежки за активистами, и это хорошо. Они знают, что правительство следит за ними», - сказала Мяйша Хейс, руководящая группой по борьбе за расовую справедливость MediaJustice. Её дед 45 лет просидел в тюрьме за участие в Партии Чёрные Пантеры и Армии Освобождения Чёрных. - «Когда люди угнетены и сражаются за справедливость и освобождение, их мало что может остановить».

 

Источник

Последние новости
Спектакль "Пандемия" сорвал маски патриотизма и гуманизма с политиков, деятелей науки и икусства,…
Пока в столичных театрах уже не знают, как бы еще извратиться, дабы переплюнуть…
Завершилась Вторая специальная сессия Всемирной ассамблеи здравоохранения - WHASS2 - ВОЗ. То, что…